Вы читаете lifeolga

Лекция-композиция


Ольга Крашенко

лекция - композиция

«ПАРТИТУРА
В КОНТЕКСТЕ
ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ
ПАМЯТИ»

IMG_2865

2 0 1 4

Читать лекциюСвернуть )

Интересно, что этот миф поддерживается сегодня очень активно в музыкальном сообществе, культивируется и обретает статус некоей "ситуации", созданной скорее речью, нежели опытом, который часто заявляет совершенно об обратном. Как в данном случае работает речь? Само выдвижение "композиторства" сегодня уже чуть ли не автоматически означает желание композитора быть исполненным, упоминаемым в разговорах, получаемым определенное признание, премии, пропиаренным, удовлетворенным заказами, успехом, фанатами, стабильными финансами и так далее, поскольку мыльный пузырь, раздутый вокруг слова "композитор", может достигать гигантских размеров. Так вот, речь, которая вкладывает в композитора вышеперечисленное, затем разжигает огонь воображаемого желания еще больше, говоря постоянно о невероятной конкуренции, о большом числе композиторов, что их, мол, слишком много, о необходимости карьеры, о героических выживаниях во имя композиторского желания и много чего еще. Подобная обрисованная "ситуация" предполагает, что каждый шанс для композитора "показаться" - это настолько сильное желание, что абсолютно нормальна ожидаемая демонстрация всевозможных политкорректностей, политеса, обменов любезностями и фестивалями, чтобы следующий шанс не был отобран. Попробуй только начни говорить о неудовлетворенностях (исполнители играли плохо, репетиций очень мало, всего лишь одна премьера, которая всегда неудовлетворительна, музыка прозвучала совсем не та, публика не пришла и прочее) - и такой жалующийся композитор сразу будет забойкотирован, так как он "поет" совсем не ту песню. Это уже песня собственного опыта, который сообщает совсем о другом - о том, что музыка так и не может появиться на свет, и нет никакого композиторского желания в том смысле, в котором им спекулируют, пытаясь внушить таким образом, что это композитор должен платить за свое "желание" теми или иными жертвами. В одном своем эссе под названием "Источник желания" я уже описывала некоторые спекуляции на композиторском желании. Я не утверждаю, что распространенная версия о "ситуации" является ложью, но считаю это близким к навязыванию идеологии - такой идеологии, где все композиторы хотят одного и того же, у них одинаковые намерения, поэтому создаваемая музыка - это продукт, подчиненный условиям, которые подобная идеология диктует.

НЕСКАЗАННОЕ


Стихший ветер, готов ли
Услышать слово?
Зимний иней, позволь мне
Ступить ногою....

Но шедевр растаял
В блеске солнечных линий.
Шум с полей нарастал -
Он сдувал меня, гнал
В области иные...

Выставка новых книг в читальном зале Санкт-Петербургской консерватории. Моя книжка лежит справа вверху :-)
-qV_6bQ5pUE

Я-несуществование


Начала работать над текстом под названием "Я-несуществование" (название мне приснилось). Несуществование - это уже большой клубок запутанности термина, но я и не стремлюсь к некоей абсолютной понятности (понятность - это очень хорошая почва для ложных умозаключений). Вообще, игра с воображаемым "большим другим", который якобы не то что будет читать еще не существующий текст, но даже эти мои строки - я, видимо, должна избавиться от этой привычки, научившись писать в "никуда" как естественный конечный адрес несуществования, а не в воображаемое "существующее", которое всегда готово заполнить меня своей собственной пустотой.

Во сне же мне приснилось следующее: какой-то перекресток в Питере, недалеко от фонарного столба кто-то держит в руках страницу моего рукописного текста и не то чтобы хвалит или ругает, а просто выстраивает довольно нейтральную логическую критику. В определенный момент этот кто-то закончил очередное предложение, но перед возникновеием следующего образовалась неожиданная пауза, почти что сбой в программе. Я вдруг смертельно побледнела и с выражением шока едва могла произнести слова, пытаясь будто бы объясниться и остановить все это: "Я - человек без имени, без... Я - несуществование".

* * *

Затаившись в вечернем воздухе,
Дремлет музыка тонкой струны.
На песке смычки-палки разбросаны,
Подними их с земли-тишины...

Также ветер поднимет нас осенью -
Тех, кто все, как один - павший лист.
Глянь на лужу - там с облачной проседью
Дирижер часть небес поместит...

Сколько б красок не пролил оркестр вод,
Только тембры людские слышны...
Там слились скрипки судеб в один хоровод,
От земли отрывая
Тяжелые сны...


МЫСЛИ

Мысли разбросанные, шуршащие,
Пробивающие асфальт...
В далях заброшенных вопрошавшие
Словом, подобранным наугад...

Буквами скованные, молящие,
Продувающие книг склад...
Эхом оборванным отзвучавшие...
Ветвь, наклонившаяся назад...

Мысли, подброшенные под дерево,
Догнивающие в листве...
Одежды, сношенные временем...
Капли, оставленные земле...

В памяти скошенные, молчащие
В растекающемся сне,
Мысли... меня нарисовавшие...
Но не сказавшие... обо мне...

БИОГРАФИЯ


Чем больше утяжеляется груз накопленного опыта и гуще становятся заросли судьбы, тем сравнительно легче кажется картина порхающего детства, когда крылья поддержки со стороны учителей приносили то, что кажется чудом во взрослом состоянии: ощущение неоспоримой нужности творчества, несомненность существования публики (будь то концерт в музыкальной школе или чтение собственных стихов на уроках литературы), готовность любых исполнителей города разучивать новую композицию по причине лишь ее появления и необходимости в звучании... Все происходит будто по взмаху волшебной дирижерской палочки... но концерт под названием "Детство" все-таки заканчивается, и под занавес уже звучат не только аплодисменты, но и скрипы стульев тех людей, которые сидят молча и не аплодируют.

Переход во взрослое состояние происходит постепенно, сопровождаясь удивлением и недоумением о том, почему возникают подобные вещи: ощущение собственной недостаточности, необходимости что-то доказывать в атмосфере людских сомнений, чувство утраты, занятие места под названием "Поставлено под вопрос". Символ волшебной дирижерской палочки сменяется на первую схваченную пригодную деревяшку, чтобы встать на защиту своего творчества и сражаться в идеологических боях. Эта война с уходом в андеграунд ведется против представления о творчестве как об определенного рода фиксированном знании, преподнесенном как единственно верное "профессиональное" и подразумевающее поголовное подражание данному образцу данной "школы"... Смесь побед и поражений рисуют воображению героические образы, но все меняется еще более радикально, как только покидается само поле боя.

Далее...Свернуть )

Необычное предложение


Работаю над новой музыкальной композицией, которая, помимо всего прочего, будет репрезентировать себя в виде публичной лекции (только не ссылайте меня сразу на Кейджа, пожалуйста). Текст в процессе активного написания. Мне, собственно, нужно следующее - желающий участвовать в этой композиции должен будет прочитать текст (я вышлю, когда будет готов), сформулировать вопрос к тексту и записать свой вопрос в виде wav файла. Я же буду затем отвечать. Все это станет заключительной частью лекции-композиции, когда обычно лектору задают вопросы. Интонация вашего голоса будет учтена с музыкальной точки зрения. Желающие могут писать в личку, на емайл или в скайп. Тема лекции-композиции звучит так: "Партитура в контексте человеческой памяти".

Поскольку зашла речь о "Весне Священной" и о 1913 годе, принято упоминать связанный с этой датой произошедший скандал. Но что значит для музыки быть привязанной к скандалу? Эта привязка все равно что звучащий оттенок, доносящийся до нас через столетие, гул эха, который мы слышим, несмотря на отсутствие обозначения в партитуре.

Наше воображение о событиях того дня отличается особенной яркостью в свете того, что в ситуации сегодняшнего дня подобный скандал как феномен не представляется возможным. Кто из вас, собирающихся в ближайшие дни на концерт новой музыки, готов из-за собственных эстетических идеалов начать громко орать, бить находящихся рядом людей и ломать мебель? Попробуйте сделать это ради защиты музыкального вкуса! Если раньше публика кидалась в бой подобно солдатам, оберегающим границы общепринятой музыкальной страны, то теперь защищать фактически некого и нечего. "Все позволено" перед нашим молчанием. Кто кричит "бу..." - те не догоняют. Крики "браво" - значит, пришли друзья, родственники, спонсоры и так далее. Мы можем только удивляться той невероятной наивности публики 1913 года, которая будто бы и не подозревала, что выражать свое отношение в виде скандала - это лучшее средство сделать сочинение известным, несмотря на желание погубить его. Сегодня устроенный скандал - это типичное клише для повышение популярности. Мы больше не различаем плюса и минуса в публичных выражениях, а помещаем это в единую батарейку действующей системы раскрутки.

Другой аспект "Весны священной" - это желание Стравинского написать такого рода музыку, которая в изначальной сути своей не была музыкой в смысле отдельного феномена, тем более не была авторской и не могла в доисторическом контексте быть написана. Собственно, существование отдельной музыки - это фантазия современного уха, так как принципиальная неразделенность того, что мы сейчас спокойно расчленяем (музыка, танец, религия, ...) не позволяют нам говорить о существовании и реконструкции "музыки" языческой Руси, как если бы эта "музыка" была вырезана из всего остального. Стравинский же, наоборот, подчеркивает, что он сочинил именно м у з ы к у и заостряет внимание на музыке как сочиненной композиции, которую можно анализировать саму по себе.

Еще немного...Свернуть )

ВЭНИО


Моя статья о вэнио, опубликованная в журнале "Апокриф": http://apokrif93.a-z-o-t.com/apokrif.php?c=r_cl02w49_33

Profile

lifeolga
lifeolga

Latest Month

Январь 2014
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Метки

Syndicate

RSS Atom
Разработано LiveJournal.com